Берлинская конференция по Ливии: победа Москвы или поражение Анкары?

22.01.2020   08:20    27

В общем, после тщательного изучения итогового документа Берлинской международной конференции по ситуации в Ливии и всех около-ливийских военных и дипломатических манёвров, могу наконец изложить свои основные выводы по сему мероприятию и в целом, по складывающемуся сейчас там паззлу.

Поспешу отметить, что конференция была больше похожа на сходняк крупных авторитетов, делящих город на «свои районы», а заодно распределяющие теневые денежные потоки. Представителей обоих сторон конфликта («Ливийской Национальной Армии» и Правительства национального согласия в Триполи) даже не включили в список основных участников, лишь формально упомянув об их участии в пресс-релизе мероприятия. До конца было непонятно, приедет ли на конференцию лично премьер-министр Триполи Файез Ас-Саррадж, и останется ли до конца переговоров командующий ЛНА генерал-фельдмаршал Халифа Хафтар. Да, всё было ВОТ ТАК сложно. Тем не менее, каких-то особенных препятствий для конференции это не создало. Всё прошло в лучших традициях Мюнхена-1938, когда чехи ждали за дверью, пока «взрослые дяди» поговорят, или в духе Берлина-1884, когда европейские империи делили Африку (там ещё где-то в углу сидел-скучал представитель Османской империи).

Можно констатировать, что Россия и Турция действительно закрепили своё влияние и свои военно-политические позиции в этом 9-летнем конфликте в Ливии. Среди всей этой вакханалии насилия, которое никак не могли остановить американцы и европейцы, русские и турки сумели добиться первого режима прекращения огня и заложить базис очередного «формата переговоров». Да-да, знакомый нам Минский процесс тут конвертировался в Берлинский процесс (так и названный в итоговом коммюнике), но теперь ещё и формально закреплённый и признанный международной конференцией, где участвовали ЕС, Африканский Союз, Лига Арабских Государств, Франция, Германия, Италия, Алжир, Египет, Конго, Китай, ОАЭ, Великобритания и США. В принципе, для Москвы и Анкары этого было достаточно. Их краткосрочный интерес по Ливии состоял вовсе не в том, чтобы действительно попробовать завершить войну или стабилизировать обстановку (отправка турецких войск явно не об окончании конфликта), а конвертировать полученное за последние годы влияние в тактические промежуточные договорённости, подвесив ситуацию в переговорный формат, который теперь зацементировал их роль в любом будущем урегулировании.

Будет ли работать режим прекращения огня? Думаю, он будет таким же «эффективным», как в Сирии – типа работает, но с перерывами на краткосрочные вспышки боевых действий в момент, когда интересы в этом региональных игроков сходятся. К тому же, ни одна из сторон конфликта не осталась довольной рамками, выписанными в Берлинской декларации, а это значит, что их интерес придерживаться перемирия будет зависеть от их возможностей петлять и маневрировать между разными игроками этой шахматной доски.

Пункты про «создание объединённого правительства» путём «честных и прозрачных выборов» — это выражение хорошей мины при плохой игре. Халифа Хафтар и Файез Ас-Саррадж ненавидят друг друга. Их еле-еле собрали вместе. России пришлось оказать прямое давление на генерала, забрав с фронта значительную часть своих наёмников из ЧВК, помогавших Хафтару. А Турция подействовала через лояльные ей племена Триполитании (таких немного там, учитывая антагонизм по отношению к туркам), которые составляют костяк обороны Триполи, на штыках которых и держится Ас-Саррадж. За всю конференцию оба ни разу не решились на прямой диалог. Почему вдруг после конференции два ливийских лидера вдруг договорятся – неизвестно. Более того, все предыдущие попытки организовать выборы в Ливии заканчивались полным фиаско. В прошлом году подобную инициативу всеми силами проталкивала Франция, но напоролась на оперативную реальность локального хаоса и сопротивление со стороны других участников «ливийского пирога», которых устраивал статус-кво: Италии, Саудовской Аравии, Египта, ОАЭ, России.

В Берлине договорились о создании «военных комиссий», куда войдут по пять представителей сторон конфликта. Они должны будут мониторить перемирие и готовить почву к выполнению других пунктов декларации. Думаю, вы сами догадывайтесь, как будет выглядеть данный процесс. Все будут нарушать, обвинять друг друга, смотреть на ситуацию одним глазом и фиксировать прямо противоположные результаты. Я удивлюсь, если «военные комиссии» в принципе будут сформированы. Хафтар и Саррадж пообещали, что они это сделают, а если верить отдельным дипломатическим источникам на конференции, даже назвали имена членов комиссии. Однако недоверие между ними слишком велико, чтобы предполагать успешную работу комиссий.

Блок про «реформу экономического и финансового сектора» сводится к двум принципам – сохранить контроль над нефтью (со стороны международных стейкхолдеров, разумеется) и создать кучу комиссий, которые будут обсуждать структурные реформы в Ливии. Второй принцип, на мой взгляд, должен создать внешнюю ширму для реализации первого, более интересного участникам конференции.

Национальная нефтяная корпорация (ННК) Ливии признана единственной, законной компанией, которая имеет право сбывать нефть и нефтепродукты за рубеж. Ей посвящён целый абзац итоговой декларации в Берлине. Это логичный пункт, призванный не допустить беспорядочной и хаотической продажи нефти вне контроля международного сообщества. Более того, там отдельно прописаны обязательства сторон (и участников конференции) защищать и охранять нефтяную инфраструктуру и мощности Ливии. Ясное дело, что всё это украсили пафосными фразами про «справедливое, честное и прозрачное распределение доходов» от экспорта нефти между «всеми географическими регионами Ливии».

На практике, всё прозаичнее. Большая часть участников конференции имеют отношение к добыче, переработке и экспорте этой самой ливийской нефти. К примеру, итальянская энергетическая компания ENI за последние несколько лет вложила миллиарды долларов в разработку месторождений на северо-западном побережье Ливии в Триполитании. Этим и обуславливалась их поддержка Правительства национального согласия в Триполи. Однако сейчас, когда Турция создаёт итальянцам головную боль в Восточном Средиземноморье своими попытками заблокировать региональные газовые проекты, официальный Рим начал склоняться к поддержке Хафтара (который гарантирует неприкосновенность инвестиций Италии в те же месторождения у побережья Сирта, который его войска захватили неделю назад).

Всем этим странам крайне важно сохранить контроль над этим процессом добычи и сбыта нефти, даже если вся страна продолжит выяснять отношения внутри себя. Для этого в декларации и были прописаны обязательства вложить деньги в разного рода государственные ливийские структуры типа Инвестиционного органа или Бюро Аудита, а также отдельно упомянуто о необходимости оптимизировать работу их советов директоров. Через эти структуры, а вернее их переподчинение международным силам, и будет сохраняться контроль над ливийскими ресурсами – истинной целью участников конференции.

Отдельно стоит отметить роль Халифы Хафтара. Он в очередной раз продемонстрировал десттруктивность своей позиции. Ещё во время Московских переговоров 13 января он совершил мало кому понятный демарш, покинув Россию, отказавшись подписывать уже согласованный с Триполи и Анкарой документ о перемирии и, таким образом, нанеся репутационный урон Кремлю. Естественно, позднее, под давлением РФ и оперативной реальной обстановке на фронте Хафтару пришлось заявить о поддержке перемирия, но уже в удалённом формате из своей штаб-квартиры в Бенгази. Сейчас произошло тоже самое. Он снова отказался подписывать какие-либо договорённости, на словах пообещал соблюдать перемирие, и покинул конференцию. Конечно, это не помешало участникам справиться и без генерала-фельдмаршала. Как говорится, гордость – утешительница слабых. А у Хафтара, кроме скреп и мини-армии, не способной воевать без внешней поддержки, ничего больше нет. А пафосная гордость и готовность блефовать – это ещё не залог успеха, если ты куплен с потрохами разными игроками, между которыми вынужден всю жизнь маневрировать на свой страх и риск. Манёвры Хафтара в Москве и Берлине, мне кажется, ему зачтутся в своё время.

Примечательно, что на конференции был согласован пункт о том, что будущее правительство национального единства в Триполи должно будет согласовываться с непризнанной Палатой представителей (парламентом) в восточном Тобруке. Это уже удар по премьер-министру Файезу Ас-Сарраджу и его турецким кураторам. Шансы его быть переизбранным и утверждённым на свой пост с участием Палаты представителей (которая считает Сарраджа и его соратников террористами) – нулевые. А это создаёт предпосылки в любой момент выкинуть премьер-министра из будущей политической конфигурации страны. Вывод такой же, как и по Хафтару. Хотя Ас-Сарраджа и называют главой «международно-признанного правительства» (ссылаясь на то, что оно было создано по Схиратскому соглашению ООН 2015 года), его внутренняя легитимность не выходит за пределы центральных кварталов Триполи.

Множество пунктов о режиме прекращения огня, оружейном эмбарго и экономических преобразованиях оказались замкнуты на ООН, что является бесспорной победой для команды дипломатов спецпредставителя ООН в Ливии Гассана Саламе. С ними должны согласовывать все действия по мониторингу и верификации перемирия, организации работы комиссий, утверждать планы и тому подобное. Открытие возможности доставки гуманитарной помощи – это также личная победа для Саламе, который уже много лет пытается наладить гуманитарное снабжение отдельных регионов Ливии. Впрочем, теперь самое главное, чтобы эту гуманитарку не начали распиливать на границе разные группировки, как это было с международной помощью ООН на севере Сирии.

Оружейное эмбарго стало самым странным пунктом во всей декларации. Ему посвящен целый раздел из красиво-сложенных и неплохо звучащих положений. Участники конференции даже обязались вводить санкции Совбеза ООН против нарушителей эмбарго, введённого, я напомню, в 2011 году. Но у меня есть обоснованные сомнения относительно того, что это будет выполняться. Во-первых, 10 из 12 государств, подписавших Берлинскую декларацию, спокойно и беспрепятственно снабжают Ливию оружием, и никого это не беспокоит. Во-вторых, в нынешней международно-правовой системе нет эффективного и чёткого механизма принуждения государств к какому-либо действию. Институт санкций не всегда работает, а некоторые страны и вовсе имеют к нему «иммунитет». В-третьих, современная система контроля за вооружениями слаба и неэффективна, торпедируется глобальными игроками, особенно в последние годы с подачи администрации Дональда Трампа. Ожидать, что Китай, Россия, США, Франция, Италия, Греция, Египет, Саудовская Аравия, ОАЭ перестанут поставлять оружие в Ливию – это выдавать желаемое за действительное.  Ну и наконец: выполнение пункта об оружейном эмбарго означает потерю рычагов влияния на сам конфликт и его развитие.

Отдельно хочу заметить пару интересных моментов из конференции. Не были приглашены делегаты из Марокко, что явно возмутило официальный Рабат. В последний день перед конференцией пригласили Тунис, однако тот горделиво отказался, ссылаясь на то, что не хочет, чтобы ему делали одолжение, да и страна оказалась за бортом подготовительной части мероприятия, когда согласовывалась, в том числе, итоговая декларация. Судя по всему, участие Туниса и Марокко «сбили» на взлёте противники Турции, которая пыталась строить с этими странами некую анти-хафтаровскую коалицию.

Интересно, что на конференции поднимался вопрос о размещении международного миротворческого контингента вдоль нынешней линии разграничения между сторонами южнее Триполи. Однако этот вопрос очевидно не вошёл в итоговую декларацию. Это лишний раз доказывает, что у участников нет заинтересованности в реальной стабилизации или заморозке ситуации в Ливии, ибо установление режима перемирия и призывы отвести войска без миротворческого компонента – это просто временная консервация фронта с возможностью его разморозить в любой момент.

В целом, Берлинская конференция по Ливии всё же дала минимальный результат – создала основу для перемирия, сформулировала гарантии нефтяным инвестициям, разделила сферы влияния Турции и РФ и закрепила формат переговоров, который станет базисным для будущего урегулирования. В нём же формализовались роль России и Турции, что для Украины, например, не очень хорошая новость, ибо усиление РФ на международной арене играет против нас. Впрочем, действительно, Россия и Турция не смогли убедить участников, что у них в руках – как минимум блокирующий пакет по ливийскому урегулированию. Полноценных рычагов влияния на стороны конфликта ни у Анкары, ни у Москвы, нет. Ливия – не Сирия, там придётся договариваться с куда более большим числом игроков, как местных, так и региональных.

Нынешние договорённости также не исключают дальнейшей эскалации конфликта. Ведь и Хафтар, и Саррадж уверены в своей победе, а значит, идти на радикальные уступки не собираются. Генерал уверен в том, что всё ещё может взять Триполи, а Ас-Саррадж, вдохновленный прибытием в столицу более 3 тысяч сирийских про-турецких боевиков и нескольких отрядов турецких военных, убеждён, что сможет отбить утраченные за последний год позиции. А это значит, что конфликт в Ливии далёк от урегулирования.

hvylya.net